Семь цветов страсти - Страница 65


К оглавлению

65

— Идиотские шутки. — Майкл резко дернул меня за руку и строго посмотрел в глаза. — В вас поразительно сочетаются взрослость и инфантилизм. Вы не успели растратить детство, Дикси…

— Просто бешусь от радости! — Я воздела руки и закружилась в потоке ветра, развевающего мои волосы, над холмами, лугами, над неоглядным, до закругляющегося горизонта, цветущим миром.

Мимо нас стрелой проносились ласточки.

— И почему люди не летают? Майкл, вы должны знать, — отчего люди не летают как птицы? Вот так бы вздохнуть глубоко-глубоко, встать на цыпочки…

— Вы читали Чехова? — Голос его прозвучал глухо.

Он сидел на корточках, прильнув спиной к каменному столбу и сжав ладонями голову. На мизинце, прицепившись дужкой, болтались новые очки. На верхней губе выступили капельки пота.

— Не открывайте глаза, господин Артемьев, у меня есть нюхательный карандаш с ментолом. Вот так, вдохните поглубже, — засуетился над ним подоспевший Кристиан.

Майкл отклонил голову — он решительно не хотел запускать свой крупный нос в ингалятор Хладека.

— Пустяки. Я давно не бегал. Уже все прошло. — Он встал и склонился над барьером, будто так легче дышалось.

— Хорошо еще, я догадался отослать старика вниз. Он признался, что уже десять лет не забирался на Вайстурм… Красота! — огляделся вокруг Кристиан. — А у меня два деда, и оба — не бароны, — вздохнул он, сразу погрустнев.

Наверно, все время думает, почему это ему — бойкому, расторопному, смышленому, с этаким бежево-розовым шелковым бантиком у воротничка — не везет. А фартит черт знает кому — российскому недотепе, купившему вчера джинсы на дешевой распродаже, и дамочке, которая и без того одним своим прекрасным местом может подцепить любого музейного аристократа.

— А у вас, Дикси, наверно, шесть цилиндров. Неслись вверх, как Анита Экберг в «Сладкой жизни»… — проворчал Майкл, отдышавшись.

— Ну вот, поняла, вы похожи на Мастрояни, когда он изображает чудаков! Ну, знаете, таких растерянных, чудаковатых гениев, — обрадовалась я.

— Последнее точно про меня… — Майкл грустно улыбнулся и опустил близорукие глаза.

— Ну ладно, господа, будем считать экскурсию завершенной! — Хладек радовался, словно речь шла о его наследстве. Наверно, он получает приличный процент от подобных операций. — Я могу помочь спуститься кому-либо из вас? — Чувствуя себя юным и спортивным, он победно посмотрел на обалдевших «хозяев».

— Отнесите, пожалуйста, меня вниз, — попросил Майкл. — Фрау Девизо вы не понадобитесь. Она собирается воспользоваться прорезавшимися крыльями.

Майкл совершил прощальный панорамный обзор своих владений и подмигнул мне.

— А знаешь, сестренка, как шутка эта история с наследством не так уж плоха. И главное, в качестве барона я начинаю себе нравиться.

3

Еще в замке мы подумывали о том, чтобы отметить это событие вечером в ресторанчике, но по дороге я не в шутку размечталась о кровати. Нет, не в смысле сексуальной разрядки — об одиноком спокойном сне в своем довольно комфортабельном номере.

По-моему, предложение разойтись по домам мужчины встретили с облегчением, и мы расстались возле оперного театра. Майкл нырнул в метро, я, отказавшись от услуг весьма огорченного этим обстоятельством Кристиана, остановила такси и через пятнадцать минут плескалась под горячим душем. От этого занятия меня оторвал настойчивый телефонный звонок.

— Сол?.. Вытащил меня из ванны, зануда… Что случилось? Ах, да, я и забыла. Ты бы обалдел — сказочный замок! Конечно, весь в «пыли веков», но Буше, и Рембрандт, и прочие исторические раритеты целехоньки! Спасибо, хотя еще рано поздравлять. Теперь мы должны с кузеном отправиться в Москву. Представляешь, удовольствие? Нет, вовсе не противный. Квазимодо тоже умел вызывать расположение дам, особенно в исполнении Энтони Куина. Что? Погоди, Сол, я хотя бы оботрусь и присяду, на редкость сногсшибательный день…

Я воспользовалась паузой, чтобы быстренько отреагировать на фразу Сола. Но соображать сегодня мне, видимо, было противопоказано. Усевшись на диван, я тупо уставилась в трубку: Соломон уверял, что надо заснять всю эту историю с наследством, которой я должна придать романтический характер.

— И к чему вам такое? Убеждена, что это совсем не тот случай. Наследство, конечно… Но, понимаешь… Что значит «не обязательно заходить далеко»? Какова вообще моя задача: совратить Майкла, скомпрометировать, убрать с дороги или просто оставить с подарком нереализованной страсти на всю жизнь?.. Не знаю, сколько ему лет…

— Посмотри в паспорт. Да это и неважно, — горячился Сол. — Вообще это уже детали, которые заиграют сами, когда ты выстроишь основное действие. Понимаешь? Этот мужик заинтересовал «фирму». Может выйти отличный сюжет. От тебя ничего не требуется — дай ему почувствовать свою заинтересованность. Женскую тягу… А я вылетаю.

— Постой, у него, кажется, послезавтра кончается виза.

— Тогда приготовь на завтра что-нибудь горяченькое. Да нет, ты не поняла — ни в коем случае не постель. Речь идет о лирическом чувстве… А значит, тянуть и тянуть, пока не взвоет.

Я в задумчивости повесила трубку. То им подавай грязный бордельчик, то «Лебединое озеро». Кстати, что у нас сегодня в опере? Пролистала газету, задержавшись над объявлениями о концертах. Нет, лучше в оперу. «Травиата», старенький спектакль с молодежным составом. Сойдет. Я отыскала в справочнике отель кузена.

65